Авторизация ...
Имя пользователя :
Пароль :
Популярные Категории
Анал Красавицы Зрелые Домашнее Групповуха Лесбиянки Азиатки Сиськи Молодежь Мамочки Минет Попки Звезды Негры
Порно онлайн туб » Порно Рассказы » Мастурбировать и вспоминать…
  • Секс Рассказы

  •  
  • Мастурбировать и вспоминать…



-
Ну, знаешь, иногда такое случается, мужчины уходят от женщин, женщины уходят от мужчин. Любовь странная шутка. Именно шутка, а не штука, я ничего не перепутал. Просто не все женщины и мужчины понимают это, там где стоит просто улыбнуться, они устраивают сцену, ругаются, бьют посуду, грозят друг другу,
иногда даже дерутся. Мы же не
будем с тобой драться, а солнышко… Зачем? Тем более после всего, что между нами было. Прими наше расставание как должное, как свершившийся факт, как неизбежную точку во всех человеческих взаимоотношений
и улыбнись же ты,
наконец. Оглянись, какая
замечательная вокруг погода, солнышко так и светит, птички поют, отдыхающие блаженствуют, жизнь продолжается… а
солнышко… улыбнись.Я подмигнул, выпустил носом струйки сизого дыма, взглянул на Настю, сидевшую напротив меня, за столиком, одного из многочисленных кафе на свежем воздухе, которых так много в этом курортном городе. Настя после этих моих слов казалась, выпущенных с той же легкостью изо рта, как и струйки дыма из носа, была не жива, не мертва. Ее и без того большие глаза, теперь казалось, были просто огромны и смотрели на меня, то ли с испугом, то ли с отчаянием; было хорошо заметно, что радоваться жизни, в связи с нашим расставанием, и моими откровениями по этому поводу, она не собирается. У ней был, довольно жалкий вид, - вид щенка, выставленного за дверь недобрым хозяином! - Да улыбнись же ты, не делай из этого трагедии, мы же с тобой ни Ромео и Джульетта, а жизнь это вовсе не Шекспир, - вновь, было, начал я.Настя молчала.Я взял со столика большую кружку пива, сделал приличный глоток, (это холодное, чешское пиво, этим знойным, июльским днем, было как не когда
великолепно) продолжил:- Да я тебя любил, да мы спали вместе, нам было интересно друг с другом, и в плане секса и в плане общения, у нас было много общих с тобой интересов, к тому же ты всегда отлично готовила. Если ты думаешь сейчас, что я смогу забыть вкус твоего фаршированного перца, то ты глубоко
ошибаешься,
поверь мне на слово,
его всегда, мне будет
нахватать…- Неужели тебе совсем не жалко, - неожиданно и резко
оборвала меня Настя, - совсем, совсем, не жалко?!- О только не это…
ни начинай всего этого, пожалуйста, - покачал головой я, - почему все женщины при расставании начинают теребить мужчине душу, требовать
жалости к себе? Вот, ты мне скажи, тебе, меня сейчас не жалко? Или, ты думаешь, говорить тебе, все это, доставляет мне большое удовольствие. Нет, мне сейчас нелегко, совсем нелегко, поверь мне, я ведь
не какой-то там садист.- Да я не о себе говорю.Я огляделся по сторонам, рядом за столиком, по правую руку от меня сидел мужчина близкий к преклонному возрасту, что
впрочем, не мешало носить ему,
ни белую панаму, ни короткие бриджи; чуть левее, молодая семейная пара, с отпрысками, мальчиками близнецами, лет семи; также здесь присутствовала некая одинокая женщина лет тридцати, симпатичная
и какая-то по русскому очень грустная, больше же в кафе некого не было. Кажется, нас ни кто не слушал.- А о чем ты сейчас говоришь? - развернулся я к Насте- А сексе разумеется.- А сексе?Настя протянула руку взяла со столика пачку моих сигарет, и после того как закурила одну из них, снова продолжила:- Именно, а сексе. Ты разве не будешь вспоминать всех наших забавных, сексуальных развлечений. Не будешь сожалеть о том, что эта эротическая сказка закончилась раз и навсегда. - Ну… - Скажи мне, сколько на свете есть женщин способных вытерпеть все твои сексуальные причуды?- Ну, знаешь… Вытерпеть мужчину, который не может пройти мимо секс шопа, чтобы не заглянуть в его гостеприимные двери и не купить какой ни будь новый фантасмагорический причиндал. Вытерпеть мужчину, который
хранит в своем шкафе для одежды, целый сказочный гардероб, но вовсе не как воспоминание о своем счастливом детстве. Там у нас и костюм снегурочки, и монашки, красной шапочки, и Робин Гуда, ну и конечно, белое, кружевное, свадебное платье, куда же нам
без него. А зачем? А затем, что наш милый мальчик Миша, примерный гражданин, добропорядочный налогоплательщик, и прочие, по совместительству еще и маленький
извращенец, который просто не может спокойно заснуть до тех пор, пока его девушка не наденет, на себя что ни будь этакое и не устроит ему маленький, эротический праздник… Буратино блин!- Тиши, тиши, здесь же люди, а у людей есть уши, никому из них не следует знать, чем мы с тобой занимаемся по ночам.- Нет, я все скажу, пусть слушают, если хотят, или вставят себе в уши вату,
как это делали
ночами наши соседи по лестничной клетке.Я бросил взгляд на мужчину в
белой панаме, тот усердно делал вид, что не слышит нашего с Настей разговора, также как и я пьет пиво, покусывает хвост сушеной тарани, и как бы, даже не без азарта поглядывает в сторону
одинокой тридцатилетней женщины. Но его возраст, плюс белая панама, плюс короткие бриджи, - все это внушало мне некоторые, смутные подозрения.- И так, - продолжала Настя, словно не замечая моих теперешних забот, - тебе не будет жалко всех наших сексуальных забав, наших эротических практик. - Ой, Настя…- Помнишь, как мы с тобой любили нашу маленькую, но уютную ванну, ее прохладное дно и горячий поток. Океаны нашей безбрежной, и такой порочной любви! Ты ведь обожал делать это воде. Мы садились в ней, напротив друг друга, теплая,
горячая вода, омывала, наши молодые и нагие тела, а мы делали это ногами, смотря друг другу прямо в глаза, и видя, как изменяются
выражения наших лиц при контакте. В то время как большой палец твоей ступни терся об мою киску, стремясь заглянуть поглубже внутрь, моя ступня ложилась тебе на мошонку, другую же, я, как правило, ставила тебе на грудь; ты подносил ее к своим губам, вытягивал свой язычок, и забавлялся с моими пальчиками. Ты не упускал возможности обсосать их всех, а я почувствовать как в это время под
моей ступней
и вширь, и высь растет твой бравый и
гордый полковник.
А помнишь наш
буль, буль, буль. Так, ты сам,
это кажется,
называл.- О, Настя ты беспощадна, не гноби душу, не сыпь мне соль на рану.- А как на счет наших оральных ласк под горячим душем. Я закрывала глаза, садилась перед тобой на коленях, и, обняв твои ноги, в слепую искала твой возбужденный орган. Сверху на меня обрушивался целый водопад, в ушах стоял неповторимый гул, как эхо далекого океана, а мой рот в слепую находил и ласкал твой член, точно тот был сладкой и твердой морковкой… ням-ням. Я касалась раздвоенной головки губами, вываливала свой язычок: толстый и длинный
свисающий самого подбородка. Как ты сам не раз говорил о нем самый маниакальный язычок во всей необъятной вселенной. И усердно принималась за работу, стремясь вылезать все …
то, что только можно было вылезать и даже то, что вылезать было нельзя, твое тело было для меня холстом, я художницей а мой собственный язык ее ловкой и умелой кистью. Признаться честно на меня в эти моменты что сваливалась, ну помимо
душевой воды естественно, толи вдохновенье, толи кураж, а толи сексуальное помешательство.
Я поднимала твой вздутый от возбуждения и изогнутый по форме член к верху, так чтобы он, не мешал мне работать. А сама,
изловчившись, заглядывала тебе между ног. Мой носик утыкался тебе в мошонку, а мой язычок полировал промежность, между твоим анусом и твоими же собственными свисшими к низу яйцами. - Настя, Настя, что за пошлые выражения.- Я начинала свое долгое и томительное путешествие оттуда, -
с дорожки твердых, коротких, слипшихся от воды волос, они щекотали меня, лезли в нос, заглядывали в ноздри, затем переходила на мошонку, которая к тому моменту твердела, и напоминала уже теннисный мячик.
Кончик моего языка проходил аккурат
меж двух твоих вытянутых яичек. Как скульптор чувствует на ощупь форму глины, так и мой язык за долгое время
изучил каждый миллиметр твоего
схоронившегося под кожей ландшафта. Обработав их он уходил
дальше, и начиная с основанья ствола твоего члена медленно полз к головки, большой, темной,
такой возбужденной. Пройдя не раз по кругу, на смыке кожи, и
нежной плоти язычком, как следует обработав уздечку, я всасывала удлиненную головку в себя, а вслед за ней, чуть пососав, и хорошенько раскрыв ротик при этом, заглатывала весь член целиком, - все восемнадцать сантиметров твоей крайней плоти. Я была как та маленькая беззащитная рыбка, попавшаяся на крючок своей неизбежности. Ты помнишь эти мгновенья
0% 0 Голосов
Дата: 28/09/2010Тэги: Порно РассказыПросмотров: 351

  • НОВЫЕ РАССКАЗЫ

*Комментарий появится после одобрения модератором
    Добавление комментария



  • ПОПУЛЯРНОЕ ФОТО
  •  
  • Немного о сайте
  •